От зависимости не застрахован никто

От зависимости не застрахован никто

Принято считать, что спиться может каждый, а вот наркотики – это проблема «избранных», попадающих в группу риска. Согласно распространенному мнению, «золотая молодежь» начинает употреблять «клубную дурь» от вседозволенности, скуки и пресыщенности другими удовольствиями; а парни и девушки с рабочих окраин, садятся на захлестнувшие Россию, и потому доступные, наркотики от безысходности, отсутствия перспектив и здоровых примеров вокруг. Но такая страшная болезнь, как зависимость, не знает социальных границ и может подкосить любого.

Михаил из Омска, завершающий сейчас курс реабилитации полностью поддерживает такое мнение: «Я никогда не боялся оказаться наркоманом или алкоголиком. Я рос в небогатой, но приличной семье, общался с нормальными людьми и хотел простого человеческого счастья. Я презирал алкоголиков и наркоманов, считал их безвольными отбросами общества, среди которых я никогда не окажусь».

«Моя мама всю жизнь работает участковым терапевтом, ее любят и уважают все, кто у нее лечился и лечится. Отец 20 лет отдал одному заводу, пройдя путь от простого токаря до начальника цеха. Я неплохо учился и после школы очень хотел пойти в армию, готовился к этому специально: был одним из самых активных воспитанников в военно-спортивном клубе. К моменту окончания школы я уже успел попробовать алкоголь, но никаких приятных впечатлений от него я не испытывал: мне становилось плохо уже после нескольких рюмок. Я недоумевал, что окружающие находят в этом приятного, и начал презирать сильно пьющих людей.

Сразу после окончания школы, я отправился на призывной пункт и заявил о своем желании отдать долг Родине. Тогда еще это было в диковинку, большинство моих сверстников старалось «откосить». Еще в «учебке» меня заметили, вскоре я отправился в действующую часть, а оттуда на Северный Кавказ, где участвовал в контртеррористических операциях. Некоторые ребята в нашей части курили «травку». Если они делали это тихо, начальство закрывало на это глаза. Сослуживцы говорили, что это позволяет им хоть на некоторое время забыть о грязи войны. Мне тоже предлагали попробовать, но я всегда отказывался: мои родители всегда прививали мне отвращение к наркотикам и рассказывали «страшные» истории о судьбах наркоманов. Не могу сказать, что служить было легко, но я считал, что пройти через это – долг каждого мужчины. Я видел много страданий, крови и грязи. Однажды, мне пришлось 4 часа лежать в разрушенном доме с товарищем, которому оторвало ногу, и ждать помощи. Я никогда не забуду тот случай. Единственное, что позволило ему выжить – 10 уколов сильнодействующего обезболивающего, фактически наркотика. Как тогда я не сошел с ума – не знаю. До этого случая, я хотел остаться служить дальше по контракту, но после решил, что с меня достаточно. Я завершил срочную службу через 2 месяца.

Вернувшись в родной Омск, я пошел учиться в колледж, а отец почти сразу устроил меня на работу на тот же завод, где работал сам. Я быстро встретил хорошую девушку и все вроде бы пошло так, как я и мечтал. Но воспоминания об ужасах боев на Кавказе преследовали меня все чаще и чаще. Я пытался заглушить их водкой, но легче мне не становилось, хотя теперь я мог перепить любого из школьных друзей. Я становился все более замкнутым и подавленным, у меня начали портиться отношения с девушкой, с родителями я общался все меньше и меньше, хотя мы жили вместе. А потом ситуация перевернулась в один миг. Я пошел по мелкому делу в организацию ветеранов боевых действий и разговорился с ровесником, которого встретил там. Неожиданно для самого себя, вывалил на него все свои переживания. Он понял меня с полуслова и сказал, что тоже сильно мучился от воспоминаний, но нашел способ избавиться от них. После этого задрал рукав, где я увидел следы от проколов. В тот день я попробовал героин впервые, прямо у него дома. Не знаю, что на меня нашло. Я просто хотел забыть о том, что видел на войне, и мне было все равно каким образом. Даже очнувшись после первого кайфа, я не осознавал, что переступил границу запретного. То, что я наркоман, я признал лишь спустя пять месяцев, стоя в ломбарде, куда принес свои наградные часы.

Я употреблял регулярно, но как мне казалось, контролируя ситуацию. Но нехватка денег ощущалась все острее. Отработав на заводе, я стал по ночам развозить проституток. Такую подработку мне предложил бывший одноклассник. Затем нашел способ воровать медные кабели на заводе и сдавать их в металлолом. Со временем я поставил такой «бизнес» на широкую ногу, благодаря фамилии отца, очень уважаемого на предприятии, я мог делать «странные» вещи без дополнительных вопросов. К этому времени родители уже знали о моей пагубной страсти, пытались давить на меня, но я лишь делал вид, что слушаю их. Я никогда не употреблял наркотики дома и о моей зависимости они догадались лишь по косвенным признакам: замкнутом поведении, проколам на руках, немотивированным отлучкам из дома по ночам и пр. Как не удивительно, но я за всю жизнь не сделал себе ни одной инъекции. Для того, чтобы ширнуться я всегда созванивался и ехал к соупотребителям, именно они всегда кололи меня. Найти такое место в Омске не составляло труда – найти барыгу можно, спросив каждого первого наркомана, а наркопритон – у каждого второго.

Работа была мне нужна лишь для того, чтобы попадать на территорию, официальную зарплату я даже перестал снимать с карточки. Так продолжалось почти два года, пока мой напарник, которого я только-только взял в помощники, не был пойман с поличным. Он сдал всю схему хищений, но отцу путем чудовищных унижений удалось уговорить руководству завода не давать ход моему делу. Мы уволились оба, через три недели у папы случился инсульт, его почти полностью парализовало. Мама сказала, что мне стоит съехать от них, если я не намерен отказываться от употребления наркотиков. В тот момент я понял, что наркотики привели меня «на дно». Болезнь отца, перспективы срока в колонии и просьба матери уйти из дома, перевернули мой взгляд на мое употребление: несмотря на презрение к наркоманам моя зависимость поставила меня в один ряд с самыми отъявленными негодяями. Мы вместе с матерью и моей, теперь уже, женой стали искать реабилитационный центр, где мне могли бы оказать профессиональную и эффективную помощь в лечении наркомании».

— Отсутствие среди родственников людей, страдавших от алкоголизма или наркомании, вопреки распространенному мнению, еще не гарантирует, что в вашей семье никто не столкнется с этими проблемами, — отмечает консультант АНО ЦСА «Айсберг» Александр Осколков. – У человека может быть предрасположенность к зависимости, но в силу благоприятных обстоятельств она никогда не разовьется в полноценную болезнь. Работа, связанная с чрезмерными нагрузками на психику и эмоциональное состояние, является дополнительным провоцирующим фактором. Впрочем, детские травмы, комплексы, невысказанные глубокие обиды и эмоциональные потрясения могут толкнуть на путь употребления практически любого: пенсионера и подростка, летчика и библиотекаря. Человек всегда ищет разрядки. При отсутствии позитивных примеров он может найти ее в том, что у нас считается почти нормальным, а еще 10 лет назад было и модным – алкоголе и наркотиках.

Работа с прошлым — воспоминаниями, страхами, психологическими травмами является одним из приоритетов любой эффективной программы реабилитации алкоголиков и наркоманов в наркологическом центре. Наряду с этим в современных клиниках для лечения зависимостей обращают пристальное внимание на выработку навыков «правильной» работы со стрессами и эмоциональными нагрузками. Это позволяет в будущем переживать любые жизненные ситуации без употребления психоактивных веществ. Еще один важный элемент – возвращение доверия к окружающим, без которого человек остается замкнут в себе и не способен просить о помощи, что опять же выталкивает его в употребление. Но любой курс в реабилитационном центре начинается с того, что человек должен признать факт наличия проблемы. И здесь важна грамотная реакция близких. Обнаружив первые признаки проблемы, необходимо сразу же обращаться к профессионалам, а не стараться самостоятельно уговорить зависимого остановится. Это практически невозможно. Если человек осознает, что уже находится «на дне», то он может осознанно отправится на реабилитацию. В противном случае родственникам нужно брать ответственность на себя, и принимать решения. Своевременно поместив своего сына или мужа в клинику для лечения наркомании, жены и матери не только спасают их, но и начинают возвращать свою жизнь в нормальное русло. Многие зависимые приходят к желанию выбраться из ада употребления уже после начала работы с опытными консультантами и психологами.